Неточные совпадения
— Эге, Авдотья Романовна! Видно, забыли, как в жару пропаганды
уже склонялись и млели… Я по
глазкам видел; помните, вечером-то, при луне-то, соловей-то еще свистал?
Это был человек лет
уже за пятьдесят, среднего роста и плотного сложения, с проседью и с большою лысиной, с отекшим от постоянного пьянства желтым, даже зеленоватым лицом и с припухшими веками, из-за которых сияли крошечные, как щелочки, но одушевленные красноватые
глазки.
Старый князь сидел молча, сбоку поглядывая своими блестящими
глазками на Каренина, и Степан Аркадьич понял, что он придумал
уже какое-нибудь словцо, чтоб отпечатать этого государственного мужа, на которого, как на стерлядь, зовут в гости.
Николай Иваныч — некогда стройный, кудрявый и румяный парень, теперь же необычайно толстый,
уже поседевший мужчина с заплывшим лицом, хитро-добродушными
глазками и жирным лбом, перетянутым морщинами, словно нитками, —
уже более двадцати лет проживает в Колотовке.
Вообразите себе человека лет сорока пяти, высокого, худого, с длинным и тонким носом,
узким лбом, серыми
глазками, взъерошенными волосами и широкими насмешливыми губами.
— Это он, кокет, вам товар лицом показывает, вот, дескать, как я толсто́ начитан, — все так же лениво и
уже подразнивая проговорил Попов. Тело Бердникова заколебалось, точно поплыло, наваливаясь на стол, кругленькие
глазки зеленовато яростно вспыхнули, он заговорил быстрее, с присвистами и взвизгиваньем...
— Уж-жасные люди, — прошипел заика: ему, видимо, тоже хотелось говорить, он беспокойно возился на диване и, свернув журналы трубкой, размахивал ею перед собой, — губы его были надуты, голубые
глазки блестели обиженно.
Самгин посмотрел на него и понял, что Дронов
уже насытился, разбрасывал беспокойные
глазки по залу и ворчал...
— Ты думаешь как? — ободряли третьи, — ты думаешь, начальство-то спит? Нет, брат, оно одним
глазком дремлет, а другим поди
уж где видит!
—
Уж как мне этого Бонапарта захотелось! — говаривала она Беневоленскому, — кажется, ничего бы не пожалела, только бы
глазком на него взглянуть!
Давеча вот Коля сказал Карташову, что мы будто бы не хотим знать, «есть он или нет на свете?» Да разве я могу забыть, что Карташов есть на свете и что вот он не краснеет
уж теперь, как тогда, когда Трою открыл, а смотрит на меня своими славными, добрыми, веселыми
глазками.
— Да будто они там у себя так
уж лучше наших? Я иного нашего щеголечка на трех молодых самых англичан не променяю, — нежно проговорила Марья Кондратьевна, должно быть, сопровождая в эту минуту слова свои самыми томными
глазками.
Через четверть часа я спал
уже глубоким сном, и во сне мне виделись действительно черти, весело выскакивавшие из черного люка. Валек гонял их ивовым прутиком, а Маруся, весело сверкая
глазками, смеялась и хлопала в ладоши.
— Да-с, вступаю в законный брак, — ответил он застенчиво. Я удивлялся героической отваге женщины, решающейся идти за этого доброго, но
уж чересчур некрасивого человека. Но когда, через две-три недели, я увидел у него в доме девочку лет восьмнадцати, не то чтоб красивую, но смазливенькую и с живыми
глазками, тогда я стал смотреть на него как на героя.
Любовь Андреевна. Минут через десять давайте
уже в экипажи садиться… (Окидывает взглядом комнату.) Прощай, милый дом, старый дедушка. Пройдет зима, настанет весна, а там тебя
уже не будет, тебя сломают. Сколько видели эти стены! (Целует горячо дочь.) Сокровище мое, ты сияешь, твои
глазки играют, как два алмаза. Ты довольна? Очень?
— Да
уж кто бы там ни калякал, а ты сам знаешь, что говорю необлыжно, — отвечал Марко Данилыч, гля́дя пристально на прищуренные
глазки татарина.
Было
уже за полночь, когда молодые подъехали к освещенному дому Феклиста Митрича. Перед домом стояла небольшая толпа разного люда. Увидав необычное освещенье дома и зная, что у Феклиста Митрича нет ни именин, ни крестин, ни сговора, тотчас смекнули, что богатая «самокрутка» где-то сыгралась. И долго стояли они у ворот, хоть
глазком бы взглянуть на молодую княгиню, какова из себя, и на князя молодого, кто он таков.
Покажись ты мне хоть разочек теперь, приснись ты мне хоть во сне только, чтоб только я сказал тебе, как люблю тебя, только чтоб обнять мне тебя и поцеловать твои синенькие
глазки, сказать тебе, что я совсем тебя
уж теперь не стыжусь, и что я тебя и тогда любил, и что сердце мое ныло тогда, а я только сидел как лакей.
Язычок, губки и весь рот у девочки покрылись какой-то мелкой белой сыпью, и она к вечеру же умерла, упирая в меня свои большие черные
глазки, как будто она
уже понимала.
Ее маленькие,
узкие, светящиеся
глазки то и дело устремлялись на княжну.
Девушка или с самого начала так прилаживается к окружающему ее, что
уж в четырнадцать лет кокетничает, сплетничает, делает
глазки проезжающим мимо офицерам, замечает, не крадут ли горничные чай и сахар, и готовится в почтенные хозяйки дома и в строгие матери, или с необычайною легкостью освобождается от грязи и сора, побеждает внешнее внутренним благородством, каким-то откровением постигает жизнь и приобретает такт, хранящий, напутствующий ее.
Маленькие
глазки Элизы Августовны, очень наблюдательные и приобученные к делу, заметили, что с тех пор как семья Негрова увеличилась вступлением в нее Круциферского, Глафира Львовна сделалась несколько внимательнее к своему туалету; что блуза ее как-то иначе надевалась; появились всякие воротнички, разные чепчики, обращено было внимание на волосы, и густая коса Палашки, имевшая несчастие подходить под цвет остатков шевелюры Глафиры Львовны, снова начала привязываться, несмотря на то что ее
уже немножко подъела моль.
Он как бы чувствует, что его
уже не защищает больше ни «глазок-смотрок», ни"колупание пальцем", ни та бесконечная сутолока, которой он с утра до вечера, в качестве истого хозяина-приобретателя, предавался и которая оправдывала его в его собственном мнении, а пожалуй, и в мнении других.
Желтый и сгорбленный, с кривыми короткими ногами, с остриженными под гребенку, серыми от седины волосами и
узкими, глубоко посаженными
глазками, он походил на крота.
В Егоре девочка узнала кержака: и по покрою кафтана, и по волосам, гладко подстриженным до бровей, от одного уха до другого, и по особому складу всего лица, — такое сердитое и скуластое лицо, с
узкими темными
глазками и окладистою бородой, скатавшиеся пряди которой были запрятаны под ворот рубахи из домашней пестрядины. Наверное, этот кержак ждет, когда проснется папа, а папа только напьется чаю и сейчас пойдет в завод.
— Нет-с,
уж позвольте до завтрева… по той причине, что у вашего высокоблагородия
уж и
глазки слипаются, а наша история длинная и до завтрева не убежит.
Он был круглый, сытенький и напоминал ей спелую сливу, немного залежавшуюся и
уже покрытую пушистой плесенью. Он всегда ковырял в мелких белых зубах острой желтой палочкой, его небольшие зеленоватые
глазки ласково улыбались, голос звучал любезно, дружески.
Я ожидал, что Настенька, которая слушала меня, открыв свои умные
глазки, захохочет всем своим детским, неудержимо-веселым смехом, и
уже раскаивался, что зашел далеко, что напрасно рассказал то, что
уже давно накипело в моем сердце, о чем я мог говорить как по-писаному, потому что
уже давно приготовил я над самим собой приговор, и теперь не удержался, чтоб не прочесть его, признаться, не ожидая, что меня поймут; но, к удивлению моему, она промолчала, погодя немного слегка пожала мне руку и с каким-то робким участием спросила...
И совершенно напрасно. Никакой страстной негой моя кровь не кипела, во сне вовсе я не целовал ни шейку Маши, ни
глазки и даже не могу сказать, так ли
уж мне безумно хотелось поцеловать Машу наяву. «Милая головка» — больше ничего. Пел я про страстную негу, про ночные поцелуи, — это были слова, мысль же была только о милой головке, темно-синих глазах и каштановых кудрях.
Мы начинали
уже сходиться с ним, решились готовиться вместе, и его маленькие серые близорукие
глазки уже начинали с удовольствием обращаться на меня, когда я приходил садиться рядом с ним на свое место.
— Нет, видишь, Ваня, — продолжала она, держа одну свою ручку на моем плече, другою сжимая мне руку, а
глазками заискивая в моих глазах, — мне показалось, что он был как-то мало проникнут… он показался мне таким
уж mari [мужем (франц.)], — знаешь, как будто десять лет женат, но все еще любезный с женой человек.
—
Уж я сама знаю чем, — отвечала она, усмехнувшись, и чего-то опять застыдилась. Мы говорили на пороге, у растворенной двери. Нелли стояла передо мной, потупив
глазки, одной рукой схватившись за мое плечо, а другою пощипывая мне рукав сюртука.
За Родионом Антонычем был послан третий рассылка. Раиса Павловна начинала терять терпение, и у ней по лицу выступили багровые пятна. В момент, когда она совсем была готова вспылить неудержимым барским гневом, дверь в кабинет неслышно растворилась, и в нее осторожно пролез сам Родион Антоныч. Он сначала высунул в отворенную половинку дверей свою седую, обритую голову с щурившимися серыми
глазками, осторожно огляделся кругом и потом
уже с подавленным кряхтением ввалился всей своей упитанной тушей в кабинет.
С острым носом, с
узкими черными
глазками и с резкими, точно что-то хватавшими движениями, она всегда походила на птицу; это сходство увеличивалось еще пестрым барежевым платьем и кружевной наколкой на голове.
— Что это? Никак
глазки на слезки? — спросил он, взглянув на смутное, опечаленное лицо девушки. — О чем это?
Уж не о папеньке ли стосковались?
Из-за спины Панкрата тотчас вынырнул молодой человек с гладковыбритым маслянистым лицом. Поражали вечно поднятые, словно у китайца, брови и под ними ни секунды не глядящие в глаза собеседнику агатовые
глазки. Одет был молодой человек совершенно безукоризненно и модно. В
узкий и длинный до колен пиджак, широчайшие штаны колоколом и неестественной ширины лакированные ботинки с носами, похожими на копыта. В руках молодой человек держал трость, шляпу с острым верхом и блокнот.
Своею неугомонностью он измучил солдата, наблюдавшего за ним в
глазок, и
уже несколько раз, в отчаянии, солдат грозил стрелять; Цыганок грубо и насмешливо возражал, и только потому дело кончалось мирно, что препирательство скоро переходило в простую, мужицкую, неоскорбительную брань, при которой стрельба казалась нелепой и невозможной.
А старая няня Матрена,
уже успевшая обнять и пожалеть своего любимца в прихожей, стояла у дверей простоволосая, понурая и печальная, с любовно устремленными на Володю маленькими слезящимися
глазками.
— Аптекарской дочери я
уже поставил четыре в поведении, потому что она на вокзале делала
глазки тятенькину провизору…
Саша поцеловал ей руку и сделал это ловко и с большим удовольствием. Поцеловал
уж заодно руки и Дарье с Валериею, — нельзя же их обойти, — и нашел, что это тоже весьма приятно. Тем более, что они все три поцеловали его в щеку: Дарья звонко, но равнодушно, как доску, Валерия нежно, опустила глаза, — лукавые
глазки, — легонько хихикнула и тихонько прикоснулась легкими, радостными губами, — как нежный цвет яблони, благоуханный, упал на щеку, — а Людмила чмокнула радостно, весело и крепко.
— Хоть бы
глазком на него взглянула, как он, родимый, там мается! А то, пожалуй, и помер
уж… право!
«И как ведь скончалась-то, именно только праведники такой кончины удостоиваются! — лгал он самому себе, сам, впрочем, не понимая, лжет он или говорит правду, — без болезни, без смуты… так! Вздохнула — смотрим, а ее
уж и нет! Ах, маменька, маменька! И улыбочка на лице, и румянчик… И ручка сложена, как будто благословить хочет, и
глазки закрыла… адье!»
Ее заметил тот лысый господин, которого она
уже видала, когда приехала. По дороге он подошел к брюнеткам, пожал им руки продолжительно, с наклонением всего корпуса, щуря свои мышиные
глазки.
А из груди батюшки
уже лилось плавное, складное повествование о том, как завистливые братья продали в рабство кроткого и прекрасного юношу Иосифа. И все эти девочки, бледные и розовые, худенькие и толстенькие, злые и добрые — все с живым, захватывающим вниманием вперили в рассказывающего батюшку горевшие любопытством
глазки.
Когда ей было тяжело, я
уже видела это по ее говорящим
глазкам, в которых читала, как в открытой книге.
Его голос слабел, делался глуше, тише. Вот еще усилие… трепещут темные ресницы… едва
уже понятно, что он шепчет… Легкий стон… хрип… закрылись
глазки… снова открылись… Все стихло… Юлико потянулся всем телом и — умер.
Я успела рассмотреть, что у него, несмотря на пышные белокурые локоны, живой рамой обрамляющие хрупкий продолговатый овал лица, некрасивый, длинный, крючковатый нос и маленькие,
узкие, как у полевого мышонка, черные
глазки.
И действительно, все казалось мне теперь пустяками в сравнении с дружбой Ирочки. Институт
уже не представлялся мне больше прежней мрачной и угрюмой тюрьмою. В нем жила со своими загадочно-прозрачными
глазками и колокольчиком-смехом белокурая фея Ирэн.
Пред ним сидел, перебирая по краю стола тонкими ручками, человек широкоплечий, с просторным туловищем на коротких ногах, с понурою курчавою головой, с очень умными и очень печальными
глазками под густыми бровями, с крупным правильным ртом, нехорошими зубами и тем чисто русским носом, которому присвоено название картофеля; человек с виду неловкий и даже диковатый, но
уже, наверное, недюжинный.
« — Видно, забыли, как в жару пропаганды
уже склонялись и млели… Я по
глазкам видел; помните, вечером-то, при луне-то, соловей-то еще свистал?